среда, 4 марта 2015 г.

О разных бедных странах... (+)




В этот самый момент, когда эта женщина, которую сейчас упоминают на ТВ России исключительно по полному имени (исключительно ради фамилии [а вы не знаете, почему?; я же вам писал уже, что Россия ВСЕГДА была одной из самых антисемитских стран на этой планете, но не только; в России всегда гнобили всякие "не исконные" народы, т.е. 80% населения Империи, вот такой у "русских православных" комплекс неполноценности от сотворения Империи и поныне]), заходилась в стенаниях, в Москве происходило ещё одно событие. Вот это.


Вы понимаете, что это значит? Нихрена вы не понимаете. Орден Александра Невского при Сталине был боевым. А при Путине - это значок. Месяцев десять назад его Соловьёву дали. Лукашенко равен Соловьёву в Кремлёвской иерархи...  Угу. А этот байстрюк без роду и племени в засос полез... От счастья. Очень плохой театр. Впрочем, он не понимает, что это театр, похоже. Он думает, что это значение имеет. Он всё "вот так" в Беларуси держит.

Но за очередной т.н. "кредит" (априори безвозвратный), что хошь сделает. И в этом его коренное отличие от Путина. Тот хоть более-менее приличное образование имеет, по сравнению с фигурантом операции "Зонт". И на немецком шпрехает. А т.н. "Президент РБ" вообще никаких языков не знает. Даже родного. У него его просто нет. Он изъясняется на странном синтезе "беларуско-русско-польско-украинского" наречия, характерного для Полесья и именуемого "трасянкой".

Ну, и, натурально, в Кремле его держат за то, чего он стОит, за настоящую цену. Не нужно думать, что в Кремле сидят - идиоты. Там циники, подонки, мрази, приспособленцы, колеблющиеся вместе с линией партии, но не идиоты.





P.S. Ну, а глядя на мать Бориса Ефимовича - заслуженного врача России Дину Яковлевну Эйдман - я вот, что вспоминаю... "Пра Бацьку Міная..."



Балада аб чатырох заложніках

Іх вядуць па жытняй сцяжынцы.
Чатырох.
Пад канвоем.
З дому.
Чатырнаццаць - старэйшай дзяўчынцы,
Тры гады хлапчуку малому.
Разам з імі ў падвал халодны
Гоняць цётку - сястру Міная,
А Мінай - гэта бацька іх родны,
Бацька родны,
Мсціўца народны.
Піша вораг аб ім у газетах,
Аб чырвонай
Брыгадзе ягонай,
Па усіх
Былых сельсаветах
Клеюць новы
Загад суровы.
Са слупоў, са сцен, аканіцаў
Пагражаюць Мінаю загадам:
Ён павінен скарыцца,
З'явіцца,
Здацца ў рукі фашысцкім уладам.
І вісіць той загад друкаваны
На Мінаевай хаце і клеці;
А не з'явіцца - расстраляны
Будуць заўтра заложнікі -
Дзеці...
У чаканні смяротнага часу
У падвале дзеці Міная.
З імі цётка іх родная разам,
Ёй таксама расстрэл пагражае.
- А чаму нас вартуюць салдаты? -
Знаць маленькаму хлопчыку трэба. -
А чаму не пускаюць з-за кратаў,
За якімі і сонца, і неба?
А ці скора нас вызваліць татка?
- Скора, - цётка гаворыць малому, -
Татка прыйдзе і ўсім нам, дзіцятка,
Волю дасць, і мы пойдзем дадому...
- А чаму не прыходзіць ён?
Сыну
Цяжка ўсё растлумачыць адразу.
- Спі, засні, - суцяшае жанчына
У чаканні смяротнага часу.
Цётка дзецям, уклаўшы малога,
Кажа праўду пра лёс іх суровы.
Не павінен ведаць нічога
Толькі меншы - сын трохгадовы.
- Вы нічога яму не кажыце, -
Навучае
Дзяцей Міная.
Сын у сне гаворыць аб жыце,
Па якому
Пойдзе дадому.
У астрожнай
Трывожнай
Цішы
Сняцца краты меншаму сыну:
- Тут і мокрыя сцены,
І мышы...
Татка, татка... забыў нас... пакінуў.
- Спі, засні, - суцяшае кабета, -
Спі, сынок, не твая гэта справа.
Спі, наш татка не прыйдзе,
На гэта
Ён не мае бацькоўскага права.
Ноч праходзіць,
Сонца ўзыходзіць,
Заспявалі жаўранкі ў полі.
Іх выводзяць салдаты
За краты.
Хлопчык рад і сонцу, і волі.
Іх салдат
Да сцяны прыстаўляе.
Цэліць кат
У льняныя галовы,
Пачынае
З сына Міная.
Стрэл.
Упаў хлапчук трохгадовы...
Кат ізноў пісталет узнімае...
На сцяне - заложнікаў цені...

Вось і ўсё.
Перад бацькам Мінаем
Станьце, ўсе бацькі, на калені!

Чэрвень 1942 г.




P.S.S. Хотел написать по "горячим следам", но след поостыл, немного. Надо подумать. Да, что ваш покорный слуга. У меня-то всего был первый разряд (крепкий) по шахматам. А тут Чемпион Мира в растерянности...


Но напишу, будьте благонадёжны...

Если бы мне двадцать лет назад сказали, что Каспаров на России станет "врагом народа", я бы просто не поверил бы. Молодость. Но тогда это просто не могло никому придти в голову. "Этого не может быть, потому, что не может быть никогда."  В принципе. Совсем. Вообще. Даже во сне.

Но, "В России нужно жить долго, тогда до всего доживёшь", - К.И. Чуковский.

Сегодня же я просто констатирую: "Одно то, что Каспаров на России стал "врагом народа", означает смертный приговор и народу российскому, и самой России".

Комментариев нет:

Отправить комментарий